«Для меня это совершенно новый эксперимент»: Иван Охлобыстин Иван Охлобыстин о съемках нового шоу ТНТ в Геленджике

Иван Охлобыстин во время съемок проекта "Золото Геленджика"

Сниматься в Геленджике Ивану Охлобыстину не впервой. Три года назад для него здесь складывалось все не слишком гладко: пронизывающий ветер, холод, а он — в гламурном костюмчике из тонкой материи. С тех пор он понял, что погода на юге может быть разной. К участию в новом шоу на ТНТ «Золото Геленджика» Иван подходил со знанием местности, особенностей климата голубой бухты, и даже помогал и предупреждал создателей шоу. Для испытаний на курорте выделили огромный пустырь, территорию в несколько гектаров облагородили, построили лабиринты. Победитель получит миллион рублей. «Комсомолка» заглянула за кулисы проекта и побеседовала с любимым актером.

- Я здесь столько крови пролил. Здесь все пропитано холодом и ужасом для меня. Я чуть не умер на съемках «Беглеца» от холода. Но это не отменяет, конечно, гармонии и моей любви к этому месту.

- Иван, чем вас заинтересовал проект «Золото Геленджика»?

-Я не шоумен! Для меня это совершенно новый эксперимент. Опять же русский принцип: «Всё, что не убивает - нам неинтересно!» Надо попробовать, может и получится. Я люблю экстрим. И здесь относительно честный поединок. Здесь невозможно ничего подстроить.

- Вы тоже здесь с тростью, в роли владельца парка, где проходят испытания. А вы будете использовать свое знаменитое амплуа из ТНТ-шного сериала «Интерны»?

- Мне придется! Меня все заставляют орать. А я не хочу орать. Хочу говорить баритоном, которого у меня нет. К сожалению, придется орать. Постараюсь минимизировать, ведь рядом будет элегантная барышня.

- Подобная подача должна пугать, стращать участников шоу или наоборот мотивировать к действию? Вроде мотивации достаточно: на кону 1 килограмм золота!

- Зритель, как правило, реагирует на звук и движение, а все остальные чувства приходят позже. Буду ориентироваться на эти базовые инстинкты. Для этого мне сделали красный костюм, звук: буду оглашать ребят, кто выходит или выступает. Если будет позволено, то буду вставлять шуточки от себя. Или попытаюсь облагородить спортивное мероприятие мудростью, насколько это мне доступно. Или хотя бы радостью. А дальше как пойдет. Я только начинаю знакомиться.

- То есть пугать участников проекта, как интернов вы не будете? Или все же Вы грозный хранитель золота?

- Нет. Я за живой контакт. Я люблю людей. Преклоняюсь перед людьми, потому что мой пастырский опыт прошлый, хоть и неудачный конструктивно, но дал мне понять: до какой степени велик и прекрасен человек. Я это вынес из исповеди, когда понял, что это не я должен исповедовать людей, а они меня. Поэтому я всегда с людьми. А грозный хранитель – я обязательно буду играть эту роль. Все будут понимать, что зло следит.

- Вы довольно часто в подобных образах появляетесь. Вам самому, каково? Может наоборот хочется перейти на светлую сторону, и поддерживать участников?

- Я хотел бы быть стихийным! Потому что нет черного и белого. С одной стороны, оно понятно, что белое лучше черного. Но и с обратной стороны медали… Понимаете, тени создают объем. Внесем чуть-чуть готики, чтобы картинка была, как-то это все озвучим. Кого-то может, будем поддерживать, а кого-то наоборот подкалывать. Не знаю, я же с участниками еще не знаком. Надо по месту определиться.

- Собираетесь проходить сами испытания?

- Боюсь на это не хватит времени – я постоянно снимаюсь. Я тут на работе. К тому же у меня костюм парчовый, халат сюртук. На улице 40 градусов, а у меня 1.5 килограмма парчи сверху и золотых цепочек. Если я не умру в первый день, то буду человек-росомаха. К концу проекта буду скрипеть от мускулов, и жиры возрастные уйдут. Так что если я нырну в грязь в этом костюме, то меня больше не найдут.

- А если без костюма ведущего?

- Да, почему бы и нет?! Но там каждый день готовят локации и их запечатывают. Я могу что-то разрушить. Где-то, да, побалуюсь, но чисто для спортивного интереса, чтобы слиться с толпой. Людей будет много, я буду служить зрителю, кричать если нужно. Буду петь, в общем, что заставят. Кроме позорного.

- «Золото Геленджика» - проект на выживание, со спортом, экстримом и фортуной. Но произойти может всякое. На площадке сможете в случае чего оказать помощь?

- Конечно. Как Быков, все же не смогу, он все-таки дипломированный специалист. Я ж многодетный отец… Да, и сам всю жизнь занимался какими-то подвижными видами спорта: я ломаный и резанный весь. И детки у меня очень шумные, вертлявые – я всё знаю, что нужно делать. Не дай Бог переломы!

- Вернемся к элегантным барышням. Вам снова придётся работать с Кристиной Асмус, у этого есть плюсы?

- Я, честно говоря, её люблю чисто по-человечески. Она для меня ребенок - это психически закрепилось. Поэтому я всегда буду чувствовать за нее ответственность. Поэтому я не могу быть объективным в этом вопросе. 5,5 лет – это, как на Марс слетали - в «Интернах». Я знаю её, как трудолюбивого человека, которого ругали за то, что во время съемок учила экзамены. Она сама из Королева. Простая русская девчонка из неблагополучного района. И ко мне, наверное, это самое главное, она всегда очень хорошо относилась. И я бессилен, в хорошем смысле. Есть вещи и узы, которые нельзя разорвать. Они тем и прекрасны! И в этом нет ничего плохого. Вот с Ефремовым история. Мне говорят: «Как ты его поддерживаешь?» А как я не буду его поддерживать?! Он мой кум. Он у Анфисы – дочка моя, крестный. Мы русские люди, ну как это?! Если все матери уголовников откажутся от своих сыновей-дочерей, то это будет странно.

- Вторым Вашим соведущим будет Тимур Родригез. Какие у Вас с ним отношения?

- Я посмотрю сегодня в Википедии. Ну вот, ей-богу мне 54 года. Я не смотрел другие шоу с его участием. Я знаю, что есть такой парень и что он певец, сейчас много красивых, интересных псевдонимов, и мне это нравится. Может быть, и скорее всего мы много раз пересекались на праздновании Нового года. Пока я не умолил генерального продюсера меня больше не звать. Я думаю, что он хорошо владеет аудиторией, приятен, серьезен и просто адекватный человек.

- Участники «Золота Геленджика» - представители всех регионов нашей огромной страны. Есть какой-то регион, за который будете болеть?

- Я советский человек. Космос - мой регион. У меня имперские амбиции. Я, наверно, где-то глазами зацеплю людей конкретных. А так, за регион - нет. Да, и болельщик я никакой!

- Есть какой-то совет, который Вы могли бы дать участникам?

- Я так понял, разыгрывается килограмм золота. Как выглядит килограмм золота? Небольшой слиток, тогда это не интересно! (смеется) Мой совет: работать не из-за слитка, а за саму победу. Тут такие сложные испытания, но все с дружеским оттенком, все участвуют на равных. Это будет хороший спортивный ЗОЖевский рок-н-ролл. Я совету делать не из-за этого. Главное - победа. Я сомневаюсь, что будут какие-то подлости.

- О командировке на юг в сезон можно только мечтать, тем более, когда границы закрыты. На пляжи собираетесь?

- Сейчас вся страна не съездила в отпуск, весь юг забит! Бедные люди! Я ехал сюда (в Геленджик – прим.ред.) на машине – дорога, как 5 лет назад была, после атомной бомбардировки(смеется). Как была, так и осталась. Враг к нам не сможет пройти просто. И стоит пробка-а-а! Видимо, это те люди, которые едут с моря. И стояли там, наверное, часов 5. Я не знаю. Честно говоря, меня мама всегда отправляла в детский пионерский лагерь в Анапу, и в Сочи 1 раз. На одну смену или на две. И вот, во время пересмены эти 3-4 дня я все время плавал. Я очень хорошо плаваю, но видимо, я исчерпал драйв по отношению к воде и к купанию. Это сейчас я понимаю опасность скал и волны, опасность течения…

- А сюда Вы приехали один или с семьей?

- Я – с семьей. Да, я вообще придерживаюсь принципа, что всё нужно с собой по-цыгански возить. Много распадается семей из-за того, что разлучаются люди, и психологически разделяются. И опять же придерживаюсь мнения, что чем больше дети с тобой, тем они тебе ближе. Ты с ними атомарно сплетаешься. Да и дети, юг - неплохо. Жену я всегда с собой вожу. Она - это тайное оружие, которое нужно выпускать, когда наши отношения с администрацией доходят до: «а может по 150» и тут Оксана, говорит: «Какой у вас край красивый! Куда ни глянешь везде церкви» (смеется). И обычно на этом месте чиновник запинается, так как тема церквей главнее и говорит: «Да, я вас свожу». Я отвечаю: «Давайте завтра!» И так я мягко-мягко сохранил себе жизнь.

- Раз уж зашла тема о храмах. Вы бывали в церквях на Кубани? Может, есть особо любимый?

- Да, сложно сказать. Их нельзя сравнивать. Есть величественные, например, как в Крондштате, у тебя мурашки от него, то, что называют в священных писаниях: «Глас хлада тонка». Есть храмы, которые тебя прямо в землю утаскивают, один такой есть под Псковом. Маленький, каменный, тысячелетний, там, когда служба идет – ощущение, что ты идешь куда-то через пласты земли. Есть храмы воздушные. Есть храмы монастырские, где над всем этим витает благодать. Поэтому их нельзя сравнивать. Храмы Кубани, я уверен, должны быть богаты золотом, потому что здесь казачество. Должны быть истовы по картинке, потому что это юг. И должны быть пламенны, потому что это опять же юг.

- Мы ранее говорили, что все желающие отдохнуть приехали на Черное море, в том числе и многие звезды. Вот Геленджик, здесь, например, громкая история с Алёной Водонаевой, у которой здесь живут родители. Здесь большие проблемы с водоснабжением, у людей нет воды. И она пытается наладить этот вопрос.

- Она, разбирается в этом? (смеется) Она, в смысле, с гаечным ключом или как она это делает? Что она сделает для администрации такого хорошего?

- Вот как раз и хотелось спросить, что нравится или не нравится в городе? С нехваткой воды вы не столкнулись?

- Ну, город я оценивать так не могу объективно, поскольку я в нем не живу. Я понимаю, что это минимальная форма, когда ты дом содержишь. Это не как квартира, где маленькое пространство. По трезвой оценке он мне нравится, он удобен профессионально, мне нравится здесь климат. Мне нравится, что он жестче Ялтинского. Хотя я и так, и так люблю: и когда помягче, и когда пожестче (смеется). Море – прекрасное. Я люблю гальку - это полезно. Если есть время, я цигун практикую, а там есть целый набор упражнений, где ходьба по камням. Я могу заморочиться. У меня много стариковских приколов (смеется). Люди хорошие. Во многих приморских городах, есть так называемый синдром грязной чайки, где местные ассоциируют себя с отдыхающими. А здесь этого нет. А Новороссийск вообще странное место! Там этого и не может быть. Там цементный завод и никакой гламур не может прилепиться. Самый страшный город из южных, прости меня Господи! А Геленджик вызывает у меня самые романтические чувства. Всегда покупаю здесь черный мед в Кабардинке. Моя супруга впервые, пожалуй, единственный раз побывала на море с родителями. И она единственное воспоминание сохранила о Кабардинке. Когда «Беглец» закончился, поднялся туда на машине, сходили к скале Парус, потом я открыл для себя Херес. Он еще был в больших пластиковых стаканах на розлив. Ну, понятно, что там не 5 звезд, но сам факт того, что их там нет тоже приятно. Я-то думал, что это как сидр, а он портвейнеобразный. Прошлись, насладились детскими воспоминаниями. Там магазин «Фанагория» – везде искушение. Геленджик - моя любовь.

- Негативных моментов нет?

- Негативных.. мне жалко, что такая локация пропадает, если город рассматривать, как локацию, я бы вообще сделал кино городским бизнесом. Те ребята, которые этим занимаются здесь, делают очень благое дело. Туристом жив не будешь. Холодный не холодный, а юг. Если подстраховаться можно и прекрасные картины снимать. Чтобы кино, наконец, появилось! Он необычайно выгоден.

- Ну, когда-то была идея превратить один из курортов в российский Голливуд.

- Это правильно! Это приносит очень хорошие деньги. Есть несколько выстроек под Москвой, так на них записываться заранее надо. Они никогда не стоят пустые. И если здесь делать что-то дополнительное к тому, что есть изумительно. Тут еще большой плюс – аэропорт: снялся и улетел.

- Иван, сейчас есть такая тенденция покупать недвижимость на юге России, в том числе и среди знаменитых людей. Где бы Вы купили?

- А я бы здесь и купил! Участок 16 соток, туда выше, подальше от туристов к морю. Что бы никакого варианта добраться пешком у туриста не было. И поставил бы переносные ульи. Тем более мы семьей любим горы. Сделал бы выстройку, отгородился, походил бы поунижался в администрации, бухнул бы с участковым, значит, засвидетельствовал с уголовным авторитетом на районе и занялся бы производством пчел и написанием романов. И сидел бы слушал за горой вдали там море. Купил бы Defender и ездил бы купаться через реку, я человек не прихотливый. А Ялта отдельный вариант, я могу туда в отели ездить.

- Здесь есть патриаршие виноградники, из которых производят кагор. На дегустацию бы съездили?

- Съезжу! Я теоритический алкоголик. Если бы мне позволяла жизнь, и мне за это ничего не было, то я бы стакан не выпускал из рук (смеется). Но, к сожалению, или к счастью, меня это губит насмерть. Не могу сочетать работу с этим. Поэтому пью я очень аккуратно. Но я определился со вкусом. Мне очень нравится портвейн, порто, черный полковник, черный доктор. Там соотношение сахара 16 на 16. В бытовой жизни я делаю так: этому меня на Афоне научили, у меня есть серебряная чаща на 0.33, я заливаю вином две трети кубачи. Мне её на день рождения подарили, я думаю: «Как благородно! И возраст позволяет!» (смеется). Так, что возраст – это большой бонус. Не печальтесь, когда начнете стариться - есть плюсы (смеется). Наливаю чуть-чуть кипятка, чтобы сохранить температуру и ложку сахара, чтобы восстановить сахар. И получается похожим на пунш, но по-другому.

- Интересный рецепт. Нужно будет опробовать.

«Золото Геленджика», с 13 сентября и каждое воскресенье в 19:00 на ТНТ