На съемках «Войны и мира» актеры щеголяли в кальсонах и объедались кониной

Когда в далеком 1960-году 72-летнего пенсионера из Армавира Владимира Дьяченко призвали в армию, он даже представить не мог, что, отслужив без малого три года, ему придется сесть на коня и поменять форму сержанта на кавалерийский костюм. Саперная бригада, в которой отдавал долг Родине армавирец, получила приказ поступить в распоряжение режиссера Сергея Бондарчука для участия в съемках фильма «Война и мир» в 1963 году.

Деревянные пушки заряжали презервативами

Тогда специально для съемок призвали 11 тысяч новобранцев, а командовать ими отправили 50 сержантов Московского военного округа, в числе которых оказался и единственный кубанец Владимир Дьяченко.

Съемки проходили в Смоленской области, недалеко от городишка Дорогобуж. Армейцы раскинули палатки прямо в лесу, там же соорудили полевую кухню, жили по десять человек в палатке и раз в неделю ходили в деревенскую баню. В общем-то, их быт ничем не отличался от жизни солдат в других частях, чего не скажешь о заданиях: прорваться в тыл Наполеона и разбить врага.

- Меня назначили командиром взвода и дали в распоряжение 56 солдат, - вспоминает Владимир Дмитриевич. - За три месяца нам предстояло не только стать киногероями, но и освоить курс молодого бойца. Сначала пришлось изображать взвод на батарее Раевского. Под мою ответственность привезли шесть больших ящиков с костюмами. Кстати, русскую и французскую форму для артистов шили в течение двух лет 60 швейных фабрик СССР.

Съемочная площадка находилась от солдатского лагеря в двух километрах. Каждый день бойцы надевали костюмы прямо поверх своей формы и, обливаясь потом, строем шагали в распоряжение «Кутузова».

Прежде чем попасть под объективы камер, солдаты отправлялись в гримерку.

- Сначала нас это забавляло, но когда через пару дней кожа стала облазить от грима, мы шли туда как на каторгу, - смеется пенсионер. - Воды ведь горячей не было, приходилось смывать усы и бакенбарды ледяной. А это довольно неприятная процедура.

Для съемок Бородинской битвы киношники выкупили у колхоза картофельное поле. Буквально за несколько дней солдатские сапоги превратили землю в асфальт. А чтобы воссоздать сцены засады полка князя Болконского, «убили» целое ржаное поле. Сначала рожь скосили, потом стерне дали подсохнуть и подожгли. В этом дыму и копоти и сидели в засаде армейцы, вооруженные деревянными винтовками и пушками. А чтобы последние стреляли, их заряжали... презервативами! Пиротехники прятались в окопах под пушками и набивали резиновые изделия дымным порохом. На поле же были разбросаны сотни взрывпакетов, которые в нужный момент бахали, после чего солдаты падали замертво. А быть убитым в том бою мечтал каждый красноармеец.

Владимир Дьяченко бережно хранит черно-белые фотографии, которые сам сделал на месте съемок

- Бывали дни, когда нам приходилось ходить в атаку на французов по 10-12 раз, и это притом что стояла тридцатиградусная жара, воздух настолько был пропитан пылью и дымом, что глаза слезились и першило в горле. Дубли просто выматывали, - вспоминает Владимир Дьяченко. - Через несколько дней мы поняли, что, только будучи сраженным на поле боя, можно отдохнуть и даже вздремнуть. Поэтому убитых назначали по очереди.

Госпитали ломились от раненых срочников, а кухни - от конины

Между тем близлежащие госпитали и больницы были переполнены по-настоящему ранеными солдатами. Киношные кавалеристы падали с лошадей, ломали руки и ноги и толпами отправлялись на больничные койки. Еще больше доставалось животным.

- К ногам лошадей крест-накрест привязывали веревки, а когда животное разгонялось, их затягивали, - рассказывает Владимир Дмитриевич. - Кони сталкивались, падали и ломали ноги. Выжить после таких сцен было просто нереально. Чтобы лошади не мучились, их сразу добивали, а мясо отправляли на кухню. Ох и объелись мы тогда конины! Кстати, часть лошадей тогда привезли с конезавода «Восход», что недалеко от Армавира. Ну и досталось же тогда бедным животным. А учитывая, что многие сцены так и не вошли в фильм, за них было как-то по-человечески обидно. К примеру, два дня снимали кровавую сцену: на колья забора развесили внутренности животных, но эти кадры так и не появились в картине. Перед съемками лошадей приучали к шуму. Загон обкладывали взрывпакетами, сгоняли туда животных и взрывали.

В съемках самых опасных сцен участвовал группа профессиональных каскадеров Мухтарбека Кантемирова. За каждый трюк они получали 25 рублей гонорара, в то время довольствие сержантов и офицеров составляло 30 целковых, а солдат - и того меньше. Всего-то три «деревянных» за месяц. После получки вояки буквально обносили сельские магазины. Скупали конфеты, печенье и водку и устраивали в палатках пирушки.

Сложнее всего для солдат было выучить наизусть Отче наш. Запомнить текст никак не получалось, и тогда по всему полю установили динамики, из которых с утра до вечера звучали святые слова. Красноармейцев заставляли хором повторять за диктором. Через несколько дней молитву знали все до одного.

Повоевав за Отечество, Владимир Дьяченко оказался в личной гвардии Наполеона.

- Мне выпала честь быть личным гвардейцем Бонапарта, - улыбается пенсионер, - во французском обмундировании и полутораметровых меховых шапках мы стояли у входа в его палатку. В нескольких метрах от нас горел костер, в нем нагревали ядра и катали нам под ноги - так они долетали до нас с поля боя. Стояли часами. Время от времени из палатки выходил Наполеон и в подзорную трубу наблюдал за сражением. После этого нас погнали в массовку. Надо было изображать французский полк вдалеке от сражения, создавать, так сказать, фон. Форму не выдали, приказали идти в кальсонах и гимнастерках, мол, издалека видно не будет. На это представление сбегались все местные и заливались смехом.

Чтобы вернуться домой, актерам-сержантам пришлось бастовать

К слову, веселая выдалась жизнь у местных жителей в тот год. В это же время недалеко от съемочной площадки «Войны и мира» другие киношники работали над фильмом «Живые и мертвые».

- Однажды Сергей Бондарчук уехал в Москву, а наши офицеры решили, видимо, подшабашить и отправили нас на съемки «Живых и мертвых», а там такое творилось! - смеется Владимир Дмитриевич. - Проселочную дорогу пропахали, залили водой, вдоль дороги установили огромные вентиляторы и сыпали на них какие-то белые хлопья - имитировали снег. Несколько дней мы ходили по этой жиже строем взад-вперед, пока не вернулся Бондарчук. Сергей Федорович закатил скандал и мигом вернул нас в расположение Наполеона.

Через три месяца съемок сержант и его сослуживцы стали готовиться к дембелю. Новый приказ пришел из части, как гром среди ясного неба: задержаться на четыре месяца для участия в зимних съемках.

- Нам и так эта актерская жизнь уже порядком поднадоела, - вспоминает пенсионер. - Каждый день ходили туда как на каторгу, а тут вдруг еще такая перспектива. Тогда мы и забастовали. Первые дни стали просто водить солдат на площадку, сами даже не переодевались. Я бегал по полю с фотоаппаратом и делал снимки. Несколько раз случайно в кадр попадал, и тогда Бондарчук взрывался: «Откуда красноармеец в царской армии?! Марш отсюда!» А потом мы и вовсе перестали из палаток выходить. Через несколько дней приказ отменили, а спустя месяц нас вызвали в часть.