«Мама не была кремлевской девкой!» Дочь последней казненной в СССР рассказала, что было после расстрела Железной Беллыфото

Белла Бородкина с дочерью. Фото: эксклюзивно для "КП"

Дело Беллы (Берты) Бородкиной, одной из последних казненных женщин в СССР, до сих пор не имеет аналогов по масштабам расследования и суровости назначенного наказания. Руководителя треста курортного общепита в Геленджике Железную Беллу (так ее назвали документалисты за жесткость и волевой характер) арестовали по коррупционной статье в 1982 году и расстреляли, как отпетую убийцу. В послевоенные годы смертная казнь к представительницам нежного пола в Союзе применялась крайне редко. Высшую меру в годы демографического провала в стране женщинам заменяли на более мягкое наказание. Но бывшую буфетчицу Беллу поставили в один расстрельный ряд с фашистской палачкой Антониной Макаровой и отравительницей Тамарой Иванютиной, на чьем счету десятки жизней.

По нынешним меркам смешно, но в материалах уголовного дела Железной Беллы значатся взятки люстрами, вазами, часами, сапогами и меховыми манто. Во время обыска ее дома деньги находили в трехлитровых банках, закопанных в тайниках.

Беллу обвинили во взяточничестве и расстреляли

Заведующую всем курортным общепитом обвинили в создании империи по облапошиванию отечественного туриста, где в пирожные не докладывали сливочного масла, а в мясном фарше не хватало мяса.

Ущерб казне от деятельности спрута с Бородкиной во главе народные судьи в Краснодарском крае оценили в 536 тысяч рублей с копейками. Изъятого в доме главы этого общепитовского ОПГ и с ее счетов в сберегательных кассах хватило, чтобы расплатиться по предъявленным обвинениям. Но оставлять в живых женщину, так подмочившую репутацию партии и конкретных ее представителей, было опасно. А громкое дело Железной Беллы позволило кое-кому подвигать фигуры на партийной шахматной доске.

После смерти министра сельского хозяйства Федора Кулакова в ЦК КПСС остро встал вопрос о его преемнике. Но у каждого из партийных начальников был свой фаворит.

Момент обыска

Глава КГБ Юрий Андропов продвигал Михаила Горбачева из Ставрополья, а сам Леонид Брежнев покровительствовал партийному хозяину Кубани Сергею Медунову.

В итоге выбор пал на Горбачева, а Кубань начало трясти от уголовных дел.

ВСЕ НАЧАЛОСЬ С "КЛУБНИЧКИ"

В архивах Краснодарского краевого суда дело Берты Бородкиной занимает почетное место на полках. «Комсомолке» удалось его почитать.

В 22 томах тщательно зафиксированы рукописные показания многих свидетелей. И начиналось расследование вовсе не с пересчета взяток в конвертах и взвешивания порций в кафе. Подчиненные Беллы взялись транслировать «клубничку» в туристких рядах. Делали это тайно и, разумеется, за деньги. Для пуританского советского общества – немыслимая наглость. Сама Железная заведующая трестом, справедливости ради, об этом вряд ли знала. Но именно эта абсурдная нить привела к ней оперативников.

- Они пришли с обыском к тому, кто организовал закрытые показы порнографии, директору ресторана «Геленджик». А там роскошь в квартире. Хрусталь, ковры, машина... Он заговорил о более масштабных и «жирных» доходах и откатах, - напоминает детали громкого уголовного дела руководитель Объединенной пресс-службы судов Краснодарского края Мария Пирогова.

В ее доме изымали все

По смежным делам за дачу взяток Бородкиной осудили еще 24 человека. Все те, кто напрямую разводил сметану, подмешивал хлеб в мясной фарш, спекулировал красной икрой ради наживы, отделался несколькими годами тюрьмы.

Надо понимать, что каждая палка колбасы, банка икры, килограмм мяса в стране в то время производились государством. Им же назначались цены на эти товары. И если кто-то, продавая ценный продукт, «накидывал» сверху даже пару копеек, то он считался преступником-спекулянтом.

Тем более преступно было нарушать рецептуру при приготовлении блюд. Посетитель ресторана или кафе, конечно, не мог определить на вкус, сколько в котлете мяса, а жаловаться на слишком «хлебные» котлеты по цене мясных было бессмысленно. Зато с проверкой могли нагрянуть как раз из треста, которым руководила Бородкина. Поэтому главное было - умаслить проверяющего.

Кадр сделан в момент опознания вазы, которую ей, по данным следствия, принесли в качестве взятки

На суде гособвинение представило целую коррупционную систему, в которой к Бородкиной в центре тянулись цепочки из нескольких ресторанов Геленджика, столовых и кафе, блинных, шашлычных и буфетов. Белла же была, по мнению следствия, связующим звеном уже для горкома КПСС и горисполкома, ОБХСС, краевого треста и далее для Главкурортторга Министерства торговли РСФСР.

Весь курортный общепит от директора до швейцара хорошо понимали, сколько должны передать денег вышестоящему. А в случае несогласия с правилами игры рисковали потерять «хлебную» должность.

Показания на свою бывшую начальницу все они тоже давали охотно, детально вспоминая, как и по какому поводу умасливали покровительницу Бородкину.

- Эту люстру я привезла Белле Наумовне из Болгарии, - признается на очной ставке одна из свидетельниц в материалах дела. – Она стоила 120 рублей.

Сама Железная Белла категорически не признавала эти факты, порой устраивая бойкоты в СИЗО.

ЕВРЕЙКА НЕМЕЦКАЯ ШПИОНКА?

Но следствие, судя по протоколам допроса, искало что-то в юношеской биографии Железной Беллы..., а не только в ее кошельке.

Берта – та самая Железная Белла – была младшей дочерью в семье еврейского сапожника Наума Короля из городка Белая Церковь на Украине. После смерти матери отец с двумя дочерьми Еленой и Бертой перебрался в Одессу и там снова женился и родил еще двоих детей. Берта признавалась следователю, что сама придумала себе дату рождения - 1927 год, потому что документы были утеряны во время оккупации немцами Одессы. А стрессы войны стерли из ее памяти даты и даже многие имена.

Во время еврейских погромов мачеху и сводных сестру и брата Берты убили фашисты. Ее отец и родная сестра Елена ушли на фронт.

А еврейской девушке Берте удалось дожить в этом аду до освобождения города.

- Ее спасла от расправы, по рассказам, некая женщина Жанна. Она говорила всем, что Берта русская гимназистка, и это ее спасло от казни тогда, - зафиксировано в показаниях ее сестры Елены Гребенюк. Она тоже позже перебралась в Геленджик, но дружны с Бертой они никогда не были.

Следователи направили несколько запросов в Одессу и в Белую Церковь в поисках следов Берты. Но в архивах нашлись только данные о пропавшем без вести на фронтах ее отце Науме Короле.

Зато Берта на всю жизнь усвоила, что еврейское происхождение ей надо всячески скрывать. И сменила имя на более привычное славянскому уху – Белла.

Из материалов дела: трехлитровую банку с деньгами раскопали во дворе

Сразу после войны она вышла замуж за фронтовика Константина Айзенберга и уехала с ним в Краснодар, где у свекрови был свой частный стоматологический кабинет. В этом браке у Беллы и Константина родилась дочь Александра в 1948 году. Но муж вскоре загулял и уехал в Москву к новой пассии. А мать Айзенберга помогла купить ей дом в Геленджике и благословила Беллу с единственной дочерью на новую жизнь в курортном городе.

- Здесь она снова вышла замуж за бывшего моряка Николая Бородкина и взяла фамилию мужа. Правда, второй муж Беллы страдал пьянством и пожил недолго, - рассказывает старший помощник прокурора Краснодарского края Антон Лопатин.

Белла с первым мужем Константином

Будущая властительница дефицита имела всего несколько классов образования и начала работать посудомойкой в буфете.

Но за несколько лет карьера простой буфетчицы в чужом городе шла только вверх. Белла обросла в городе нужными связями и получила сначала диплом кулинарного техникума, а потом и торгового института.

- В начальники треста ресторанов, кафе и буфетов Геленджика ее рекомендовал лично первый секретарь райкома Николай Погодин в 1974 году, - говорится в обвинительном заключении.

Белла в молодости

Когда Беллу арестовали, первым забеспокоился Николай Погодин, тогдашний хозяин Геленджика. А через некоторое время он исчез. Как оказалось, навсегда.

По данным следствия, в течение двух лет Бородкина принесла ему ценностями, деньгами и продуктами на 15 тысяч рублей, по тем меркам на них можно было купить целый автопарк.

Дело партсекретаря Погодина выделили в отдельное производство, но обвиняемый как сквозь землю провалился. Была версия, что он сбежал в одну из среднеазиатских республик, но с тяжелой формой диабета вряд ли прожил долго. Сергей Медунов, часто возивший кремлевское начальство на черноморские курорты и потчевавший всем, что доставала Бородкина, не усидел в своем кресле и года. Его сняли без объяснения причин.

КСТАТИ

Сбежавшему функционеру установили памятник

Три года назад в Геленджике к очередному торжеству в честь Дня города Николаю Погодину решили установить бюст, забыв, как закончилась карьера городского благодетеля.

- Во-первых, информация о Погодине, как о якобы фигуранте громкого уголовного дела по обвинению высшего руководства Краснодарского края во взятках и коррупции начала 1980-х годов, официальными документами не подтверждена, - объяснили свое решение в мэрии курорта. – Во-вторых, за время работы Погодина на посту первого секретаря было построено немало объектов, которые функционируют до сих пор.

В Геленджике у Беллы есть могила, но она там не похоронена

В те годы появились мосты через реки, объездные дороги в обход Кабардинки и Геленджика, дороги на перевалах, очистные сооружения, городская канализация, котельные, разведаны месторождения минеральных вод. В это время в городе построили несколько школ, детских садов, 4-этажную больницу, родильный дом.

А В ЭТО ВРЕМЯ

«Мама не была кремлевской девкой, как ее показывают в кино!»

«Комсомолке» впервые удалось поговорить с дочерью главной махинаторши 80-х.

Александре 74 года, и вместе с семьей она давно живет в Израиле. Но до сих пор не хочет, чтобы мы озвучивали ее нынешнюю фамилию.

- Вы не представляете, через что нам пришлось пройти. Сколько унижений вынести, - решилась на разговор Александра. – Но мы все граждане и большие патриоты России, даже мои внуки.

Когда Беллу арестовали, ее зятя Вячеслава сразу же уволили из милиции.

- Я преподавала математику в техникуме, но была в декрете на тот момент. У нас конфисковали абсолютно все в Краснодаре. С мужа даже часы сняли наручные, - продолжает дочь Бэллы. – Хотя все это не имело никакого отношения к маминому имуществу.

Александра рассказывает, что писала Кобзону, «которого мама лично знала», привлекала таких адвокатов, как Борщевский, жаловалась в Верховный суд. Но все тщетно.

- Мне сказали, что все мои попытки помочь маме ни к чему не приведут, потому что дело это политическое. Но Белла не была той, кем ее представляют. Не была кремлевской девкой. Она была советской женщиной, застегнутой на все пуговицы. Целеустремленной, хорошей мамой и радушной хозяйкой. Просто жила по тем правилам во времена дефицита, которые существовали. Чтобы получить для ресторанов что-то необходимое, ей нужно было кого-то подмазать, и так по кругу, - продолжает дочь казненной женщины.

Тело матери для похорон Александре так и не выдали. Вместо этого она получила свидетельство о смерти, датированное 8 августа 1985 года. В Геленджике она соорудила могилу-имитацию и установила надгробную плиту Белле Бородкиной.