
65-летний Николай Бондарь из Армавира трижды подписывал контракт и отправлялся в зону СВО. Каждый раз перед тем, как перешагнуть «за ленточку» нужно было пройти подготовку в учебном центре и пробыть там какое-то время. Николай Бондарь приехал с красными гвоздиками – положить к памятнику павшим бойцам «БАРС-16», который стоит тут же, в центре в станице Раевской. И обнаружил, что его... похоронили. Его фамилия была выгравирована на гранитной плите.
"Ну нормально, - усмехнулся казак. - При жизни памятник поставили".
После боя, в котором казак чуть не погиб, его считали пропавшим без вести. Российских бойцов закидывали бомбами, у них не было никакой связи со штабом, и, казалось, выйти живыми из той мясорубки уже не получится. Но ребята спустя несколько дней выбрались.
Это было 8 сентября 2022 года. В этот день отряд Николая Бондаря попал в окружение противника. В том бою многие бойцы получили ранения, погибли командир роты, старшина и два связиста. К телам товарищей наших военных ВСУ не пускали сутки, отряд попал в засаду. Но раненых с поля каким-то чудом удалось эвакуировать. Так, на позиции остались лишь четверо бойцов - казаки Николай Бондарь и трое его сослуживцев.
"Пятый боец уехал за подкреплением. И мы были вчетвером, а против нас шли ВСУ.", - рассказывает Николай. - Трое суток без связи с командованием сдерживали натиск врага. Домой хотелось. Хотел семью увидеть. Мысли о жене, детях, внуках только и придавали силы".
Немногочисленный отряд ждал подкрепления, но из-за отсутствия связи никто так и не приехал. Спустя три дня товарищи решили отступить к своему штабу – силы ведь были неравные. Идти пришлось по вражеской территории, под пулями.
"Был день, и наши позиции обнаружили. Сразу начали накрывать градом, но мы под звук взрывов потихоньку через лес и сбежали. Когда солдаты противника к позициям подошли, нас там уже не было", - вспоминает казак.
11 сентября отряд смог скрыться от преследования ВСУ и, добравшись до своих, бойцы связались с родными. Их эвакуировали, а потом отправили домой.
"Когда мы потеряли связь с командованием, моей семье сообщили, что я без вести пропал. А тут вдруг позвонил… Но жене сразу сказал: "Не верь никому, я живой", - рассказывает казак.

На СВО Николай Бондарь ушел сам. Ему тогда было 62 года. До этого он работал водителем скорой помощи в Армавире. Потом охранял аэродром в местном летном училище, а с 2013 года является атаманом Приреченского хуторского общества. Несмотря на то, что он отец пятерых детей, когда родине понадобилась помощь, подписал контракт.
"Кому, если не мне, пример молодежи подавать?" - говорил Николай Бондарь, собираясь на фронт.
Однако его решение было встречено близкими с тревогой.
"Услышав про командировку, младшая дочь заплакала. Но жена ее успокоила: "Сашенька, не переживай, папа у нас неубиваемый", - вспоминает казак.
Невысокий, худой, с натруженными руками и седой бородой. В зоне СВО даже хотел себе взять позывной Дед, но такие уже были, поэтому решил, что ему подойдет Хоттабыч – тоже дед, только волшебный. Служил артиллеристом с апреля 2022 года в составе добровольческого отряда спецназначения «БАРС-11» на Донецком направлении. В составе взвода огневой поддержки участвовал в ожесточенных боях, выбивая иностранных наемников в районе поселка Березового.
Четыре месяца контракта пролетели быстро. Но, вернувшись домой, «Хоттабыч» не мог оставаться в стороне, чувствуя, что его долг еще не выполнен. Никому из родни ничего не сказав, подписал второй контракт. Семья, конечно, не хотела отпускать – в таком возрасте уже не воюют.
На этот раз Хоттабыч попал в другой казачий отряд – «БАРС-16». И сражался уже на Краснолиманском направлении. И тогда служба была не легкой. Второй поход «за ленточку» оказался настоящим испытанием на прочность. Но тогда Хоттабычу составили компанию земляки Снежок, Один и Слон. Новичков быстро распределили: «Слон» возглавил роту в Диброво, а остальные попали в другую бригаду.
На этом направлении противник оказался серьезнее. Под Красным Лиманом бойцам противостояли отряды украинцев и поляков.
"Добровольцев они убивали сразу. О том, чтобы брать в плен, речи не шло", - вспоминает казак.
Оказавшись в окружении, отряд удерживал линию фронта протяженностью 20 километров, подвергаясь постоянным обстрелам. Расстояние до штаба составляло семь километров, которое было под контролем противника.
"На нашей точке было человек восемнадцать. Полтора месяца, что мы там стояли, по нам ежедневно прилетало не менее 60 снарядов: и артиллерийские, и танковые, и минометные. Однажды за день прилетело 120 снарядов", - говорит Хоттабыч.
После восстановления от активных боев и возвращения домой «Хоттабыч» отправился в третью командировку. В этот раз он участвовал в штурме Соледара.
В феврале 2023 года Хоттабыч вернулся домой. Но память о погибших товарищах, чувство долга перед Родиной не давали ему покоя. И он подумывал о четвертом контракте. Но возраст уже не позволяет оперативно выполнять задания и бегать по укрытиям. Хоттабычу уже 65 лет, обузой «за ленточкой» он стать не хочет.
"В зоне боевых действий, конечно, было тяжело, возраст все-таки сказывался. Но каждая мысль о семье, письма и помощь волонтеров грели душу. Помню, когда отправился в первую командировку, нам из общества инвалидов Курганинска гуманитарные грузы отправляли. В такие моменты понимаешь, что в тылу ценят наше дело", - говорит казак.
Но дома не сидит сложа руки. Помогает сыну Сергею в его небольшом деле – вместе заготавливают корм для домашних животных и продают его.
По словам Хоттабыча, сын раньше работал по найму и доставлял такой корм в магазины, но решил открыть свое такое же дело и теперь вместе с отцом продвигают семейное предприятие.
"В охрану я не вернулся. Возраст уже неподходящий, решил сыну помогать. Вот вместе работаем и стараемся расширять бизнес. Пока сами, стараемся деньги в семье оставлять, так сказать", - отмечает Хоттабыч.
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ
Геноцид под Курском. Зеленский - новый Гитлер (подробнее)