Создавали дома, теперь – вкусы: Семья архитекторов бросила престижную работу в Сургуте и перебралась на Кубань делать вино
Вадим и Ольга Бердяевы занимаются любимым делом
Фото: Личный архив.
История о создании вина, замешенного на северной стойкости и южной страсти. В мире, где многие боятся даже сменить работу, Бердяевы совершили невозможное. Бросили карьеру архитекторов в Сургуте, чтобы в знойной Кубани создавать вина, которые критики называют «архитектурой вкуса».
Но их история — не только о смене профессии. Она о том, что никогда не поздно перечертить свою жизнь, словно проект, и быть счастливыми.
Когда минус 50 °C становятся личным оскорблением
В Сургуте, где зима длится 200 дней, а – 50 градусов – обычный прогноз, Вадим и Ольга Бердяевы проектировали дома и целые микрорайоны. Но с рождением сына в 2005 году их мир треснул, как лед на Оби.
— Был целый месяц, когда я не выходила с ребенком на улицу. Стоял такой мороз, что даже дышать было тяжело. И тогда мы поняли: наш сын — не оранжерейный цветок. Ему нужно солнце, а не лампочка, теплый ветер, а не сквозняк из щелей в рамах. Мы решили бежать из этой ледяной тюрьмы, — вспоминает Ольга.
В кризисном 2008-м они продали квартиру и переехали в Анапу. Сначала супруги работали архитекторами в проектном институте, пока ими не завладело новое увлечение.
Вадим Бердяев
Фото: Личный архив.
Перчатка «помахала» на прощание
Первое вино сделали почти случайно. На купленном участке, возле дома росли кусты Изабеллы, и сосед научил:
— Возьми виноград, помни его, добавь воды, сахара — и в баллон. Сверху надень перчатку вместо гидрозатвора – когда она приветственно «помашет» – значит готово. Получилось… что-то между уксусом и мечтой. Мы же пили, прищуривались и приговаривали: «Божественный нектар», – рассказывает Вадим.
Но архитекторы привыкли делать все идеально. Они собирали виноград технических сортов на заброшенных плантациях. Учились, экспериментировали. Через три года вступили в клуб гаражных виноделов, где встретили настоящих гуру и многое почерпнули. Высадили свой виноград и спустя четыре года получили первую бочку вина, из которого сделали всего 300 бутылок, но каких!
— Это был момент истины. Наше собственное произведение – от лозы до бутылки. Вино — как здание: если фундамент (терруар) крепкий, а расчеты точные — результат будет стоящий, — говорит Ольга.
Табу на полусладкое
Сегодня Бердяевы выпускают больше 10 000 бутылок в год и продают их по всей стране, а эксперты дают высокую оценку. Никакого полусладкого — это табу. Только элегантные сухие и только с этикетками-шедеврами, на бутылках их портреты – аллюзии на известные образы картин, киногероев и фото политических деятелей.
Вадим Бердяев с бутылочкой вина собственного производства
Фото: Личный архив.
— Это не нарциссизм, а ответственность. Мы как архитекторы: подписываем каждый проект, а за качество отвечаем своим лицом, — объясняет Ольга.
Идея родилась случайно: друзья-фотографы предложили стилизацию под великие картины. Теперь их Шардоне «носит» автопортрет Вадима а-ля Ван Гог, а розовое Каберне Фран отсылает к «Юдифи» Климта.
— Вино это искусство. А мы — его творцы, — улыбается Вадим.
Испытание ливнем: плантации превратились в болото
Без драмы не рождается ни одно великое вино. В августе 2021-го на Анапу обрушился тропический ливень. Неудержимые потоки воды стремительно размывали плантации.
— Мы проваливались в грязь по колено. Настоящее болото. Трактор? Утонул бы, как «Титаник»! От влажности на растениях развивались болезни. Пришлось вручную обрабатывать виноградник, спасая каждую лозу. Погибли семилетние кусты. Но часть мы отстояли. Тогда жена сказала: «Если переживем это — переживем все», — вспоминает Вадим. – И знаете – пережили. Эта история очень отрезвляет тех, кто думает, что быть виноделом – это ходить между рядами в соломенных шляпах и любоваться закатом с бокалом вина. Это в первую очередь труд и терпение, а потом, может быть, красивая картинка.
Виноградники Бердяевых
Фото: Личный архив.
Вино как биография
Сегодня их винодельня — это творческая лаборатория. Вадим освоил сварку. На 3D-принтере он печатает детали к собственноручно разработанному оборудованию для процесса виноделия: «Зачем платить полмиллиона, если можно сделать за недорого?». Ольга ведет бухгалтерию, логистику и… вдохновляет супруга на создание новых вкусов.
— В архитектуре художник зависим от заказчика и стандартов проектирования. В виноделии больше свободы для творчества, мы сами себе заказчики и делаем вино по своему вкусу. Вот Каберне Фран — это я: немного безумный художник с нотками табака, шепотом северного ветра и южного солнца, — говорит Вадим.
Бердяевы увидели в виноделии ту же гармонию, что и в архитектуре. Говорят, что их вина – это мосты между прошлым и будущим. Кстати, сын Владимира учится на винодела. Значит, история продолжится.
Только элегантные сухие и только с этикетками-шедеврами
Фото: Личный архив.
Создавали дома, теперь – вкусы
Бердяевы доказали: возраст и профессия — не приговор. Можно в 40+ переехать в другой конец страны, сменить линейку на секатор — и создать нечто прекрасное.
Бердяевы даже стали героями кино
Фото: Личный архив.
Кстати, творчество буквально ходит за ними по пятам. Два года назад режиссер Иван Вдовин задумал документальный сериал о развитии отрасли – «Земля виноделов». Снимали в жанре интервью с участием хореографа Егора Дружинина. Часть съемок прошла на винодельне Бердяевых.
Виноградники Бердяевых
Фото: Личный архив.
Их вино — это биография в бокале, где каждая лоза — как здание: требует терпения, любви и вдохновения. А еще — смелости сказать: «Я больше не архитектор. Я — винодел».
– Когда-то мы строили стены, а теперь — вкусы, — говорят супруги. — Но суть та же: оставить после себя что-то по-настоящему стоящее.