Как кубанские казаки нефтью коней лечили: трагедия русского полковника, который подарил стране «черное золото»

Так выглядели нефтеносные вышки.

Сегодня нефтяная вышка - символ богатства и геополитической мощи. А в середине XIX века на юге России все было иначе. Земля, которая сегодня кормит полстраны, преподнесла казакам сюрприз: из-под чернозема начала сочиться странная, дурно пахнущая жижа.

«Чертова грязь»

До того как на Кубань пришел большой бизнес, местные казаки и горцы относились к подземным богатствам очень прагматично. Черную маслянистую жидкость, набиравшуюся в низинах, ласково звали «живицей». Ценности в ней не видели никакой. Ну, разве что колеса у телеги смазать, чтобы не скрипели на всю станицу.

А еще кубанцы быстро заметили: если у коня или коровы вылезет шерсть от лишая, надо густо обмазать скотину этой вонючей грязью. Помогало безотказно! Животные выздоравливали, а казаки крестились и обходили стороной места, где земля буквально «горела» под ногами, списывая все на проделки нечистой силы.

Если нефть и нужна была для бытовых нужд, добывали ее дедовским методом. Выкапывали яму поглубже и обычными деревянными бадьями вычерпывали то, что натекло. Так бы и мазали телеги «чертовой грязью» до XX века, если бы на Кубани не появился человек с железной волей и огромными амбициями.

«Сэр, нефти тут нет. Проект бесперспективен»

Гвардейский полковник Ардалион Новосильцев был героем Кавказской и Крымской войн. Человек образованный и азартный, он внимательно следил за мировыми новостями. Когда в 1859 году в американской Пенсильвании Эдвин Дрейк впервые в мире пробурил механическую скважину и озолотился, Новосильцев понял: у него под ногами на Кубани лежит точно такое же состояние.

Полковник выбил у государства исключительное право на поиск нефти в Кубанской области. Сначала он решил довериться «профессионалам» - выписал из США дипломированную буровую бригаду со своим оборудованием. Американцы приехали, вальяжно походили по Тамани, пробурили пару пустых дыр в земле и заявили: «Сэр, нефти тут нет. Проект бесперспективен». Забрали доллары и уехали к себе в Пенсильванию.

Но полковник Новосильцев был не из тех, кто отступает. Он расторг заграничные контракты и сделал ставку на отечественного производителя. Буровую команду собрали из наших самородков: возглавил ее русский механик Владимир Петерс и слесарь Карл Сикорский, а место для бурения на речке Кудако (сейчас это Крымский район) указал талантливый горный инженер Фридрих Кокшуль. Вместо примитивных колодцев они применили чудо техники - механическое ударное штанговое бурение, а стенки скважины укрепили железными трубами.

Фонтан на 1500 пудов

15 февраля 1866 года вошло в историю мировой энергетики. На Кудакинском промысле шло обычное бурение. На глубине 37,6 метров земля вдруг задрожала. Из скважины № 1 раздался страшный гул, похожий на артиллерийский залп.

Рабочие бросились врассыпную. Из жерла скважины в небо ударил мощный черный фонтан высотой более пяти метров! Газ ревел, настоящая нефть заливала окрестности.

Это был абсолютный, оглушительный триумф. Скважина выдавала до 1500 пудов (около 24 тонн) нефти в сутки. Чуть позже, когда ее углубили, она начала выдавать 180 тонн ежесуточно. Газеты тут же окрестили полковника Новосильцева «русским Крезом» и пророчили ему несметные богатства.

На радостях Ардалион Николаевич за свой счет начал строить на Тамани первый в России нефтеперегонный завод, выписав ультрасовременные кубы из шотландского Глазго. Кубанский керосин оказался чистым, как слеза, и горел без копоти. Казалось бы, вот она - американская мечта на русский лад. Но судьба готовила полковнику жестокий удар.

Кубанский первопроходец разорился

Ардалион Новосильцев совершил одну, но роковую ошибку - он слишком опередил свое время. Россия оказалась просто не готова к нефтяному буму.

На Кубани в те годы не было ни одной железной дороги в районе промыслов. Не было цистерн, не было трубопроводов. Готовый керосин разливали в деревянные дубовые бочки и везли на телегах по непролазной кубанской грязи. Доставка до портов стоила дороже самой нефти.

Кроме того, американцы, прознав про успех русского полковника, развязали настоящую экономическую войну. В порты Российской империи хлынул дешевый пенсильванский керосин. Из-за дорогой логистики Новосильцев не мог конкурировать с американским демпингом.

Фото: Крымский краеведческий музей

А в 1870 году на одном из промыслов вспыхнул страшный пожар. Нефть горела неделями, уничтожив оборудование, заводы и склады.

Полковник залез в астрономические долги. Он умолял правительство дать ему субсидию или кредит, доказывая, что за этим промыслом - будущее страны. Но чиновники в Петербурге лишь разводили руками: «Проект убыточный, кругом одни долги».

В декабре 1878 года всеми забытый, разоренный и тяжело больной создатель нефтяной индустрии России Ардалион Новосильцев скончался в Симферополе. У него не осталось ничего, кроме честного имени первопроходца.

«Бабушка-вышка»

Дело Новосильцева не умерло. Через пару лет после его смерти на Кубань приехал великий химик Дмитрий Менделеев. Изучив местную легкую нефть (сегодня именно из такой делают лучшее авиационное топливо), Менделеев скорректировал места бурения, и кубанская нефтянка задышала с новой силой. Именно Кубань дала старт бакинским промыслам и всей сибирской нефтяной империи, которую мы знаем сегодня.

Если вы захотите прикоснуться к истории, отправляйтесь в Крымский район Краснодарского края, к селу Киевскому. Там, посреди живописного леса на берегу реки Кудако, стоит уникальный памятник - «Бабушка-вышка». Ее установили в 1937 году ровно на месте той самой новосильцевской скважины № 1. В годы Великой Отечественной войны фашисты, отступая, взорвали исторический монумент. Но уже в 1949 году кубанские нефтяники по старым чертежам восстановили памятник.

Сегодня к «Бабушке-вышке» приезжают молодожены и туристы. Из недр земли здесь уже не бьет пятиметровый фонтан, но если подойти поближе к мемориальной стеле, то в воздухе до сих пор отчетливо пахнет серой и той самой «живицей», с которой когда-то началась великая история большой российской нефти.