
- Разве возможно понять, что в голове у человека, который собирается покончить с собой... - в следственном отделе по особо важным делам в Краснодаре вот уже два года по крупицам собирают все детали трагедии, произошедшей два года назад.
23 ноября в отделе полиции по Хостинскому району Сочи нашли тело юной следовательницы. Утром 23-летняя выпускница университета МВД Мария Клочкова пришла на суточное дежурство. Через несколько минут Машу нашли коллеги. Страшно и то, что родители девушки узнали о случившемся от журналистов.
В хостинский отдел полиции тогда, чтобы разобраться во всем, направили самые лучшие и объективные силы МВД и следственного комитета. Информация о том, что перед смертью Маша написала предсмертную записку, будет засекречена и канет в кипе бумаг, свидетельских показаний и результатов экспертиз.

- Моя жизнь закончилась, не успев начаться, - говорит в ней Мария. - Я опозорила всех...
Вскоре появилось, как казалось, объяснение - Машу могли изнасиловать. А значит, до состояния крайности ее довел кто-то (или несколько) из коллег.
ПРАВИЛЬНАЯ ДЕВОЧКА
Маша — младшая в семье. Каждый день и ежеминутно она находилась под опекой старшей Анны. Между сестрами разница в пять лет.
- Она с детства ориентировалась на меня, - рассказывала сразу после случившегося Анна Клочкова. - Я пошла на музыку, следом — Маша. Я — в воскресную школу. Она туда же.

Фото: Евгения ОСТРАЯ. Перейти в Фотобанк КП
Срисовывала со старшей Маша и отношения с мужчинами.
- Мы всегда знали, что должны выйти замуж один раз и навсегда, - продолжает Аня. - У нее, конечно, были парни. Но это все было несерьезно. У нас папа с мамой живут вместе 40 лет уже, как встретились, так и не расставались. И мы так хотели. Потому каждого под лупой рассматривали буквально.
В университете МВД она познакомилась с Костей. Встречались около года. У них тоже были чисто платонические отношения. Замуж Маша не рвалась — впереди вся жизнь. А до брака вольностей себе не позволяла.
Сейчас близких Маши коробит от одного вида полицейской формы. Но в ней Машу положили в гроб.
- Служивых у нас в семье не было. А она грезила этой профессией. Мама всю жизнь в торговле проработала, папа - водитель. Маша же мечтала победить коррупцию в стране, - продолжает Аня. - С тем и направилась во взрослую жизнь.
Последние 10 тысяч рублей — неприкосновенный запас до следующих зарплат — родители потратили на поездки в Краснодар и медсправку Маше для вуза.
- Мы советовались тогда семьей и решили, что без денег мы проживем. А мечту надо исполнить нашей Машеньки, - говорила сестра.
И Маша с удовольствием училась. Когда пришло время выбирать отдел полиции и специализацию, Маша поехала в родной Апшеронск. Тут все знали родителей. Ее никто не смел обидеть. Всех устраивало, как она оформляла документы. И Маша бы с удовольствием осталась работать рядом с домом. Но на «декретное место», которое временно она заняла, вернулась сотрудница. А больше в местном райотделе новобранцам было негде работать.
Выпускнице с красным дипломом предложили на выбор работу в одном из столичных РОВД, либо в Краснодаре и Сочи. Но Москва ее не прельщала, Краснодар поднадоел за время учебы, а Сочи - это мечта. Будет работать следователем, а рядом - море!

За ценным молодым кадром приехал в Апшеронск сам начальник Хостинского следственного отдела, откуда через пару месяцев вынесут тело Маши.
КТО ВИНОВАТ
В Сочи Марию Клочкову, следователя следственного отдела полиции, поселили в ведомственное общежитие рядом с управлением. Неудивительно, что бывала дома Маша нечасто. Мрачная общага с длинным темным коридором после родительского дома была очень неуютной. После гибели девушки-полицейского "Комсомолка" побывала там.
- На работу Маша уходила очень рано, возвращалась же уже после двенадцати, - рассказывала "КП" - Кубань" ее соседка Любовь Ткаченко. – Всегда тихая, очень спокойная. На глаза мне редко попадалась, поэтому мы с ней и не разговаривали особо. Только здоровались по утрам. Знаете, о том, что Маши не стало, я узнала из новостей. А потом приехали ее родители – вещи дочери забирать. Я с ними не разговаривала, ни к чему это было – им и так тяжело.
На новой работе Маша не ладила с коллективом. Сестре рассказывала, что к ней относятся слишком требовательно и агрессивно. Называла ей конкретные фамилии. Все эти люди были позже проверены следователями на детекторе лжи. Но уголовной ответственности за насмешки и замечания нет, и они - лишь свидетели горестных событий.
Под подозрение следователей попали тогда начальник отдела Андрей Хвостов и замначальника Максим Глаголев. Но фигурантами дела о доведении до самоубийства своей подчиненной они не стали.
- Хвостов должен был помочь адаптироваться Марии, он знал о ее тяжелом суицидальном настроении, обещал родне не выдавать ей табельное оружие. Этот разговор с ним Анна записала на диктофон, и он имеется в материалах уголовного дела. Но не выполнил этого, - рассказывает "КП" - Кубань" адвокат родни Маши Марат Зиннатуллин. - Глаголев на время отпуска Хвостова исполнял обязанности начальника и тоже ничего не предпринял, чтобы предотвратить трагедию на рабочем месте. Мы обратились с жалобой в прокуратуру по поводу того, что обоих в итоге не признали подозреваемыми по делу.
Зато ключевым объектом всех следственных проверок, на кого пали подозрения в депрессивном состоянии Маши перед смертью, стал оперативник Алан Парастаев. После смерти Маши семья обвинила его в изнасиловании.
Романтичными их отношения, действительно, назвать сложно. Но он стал первым мужчиной Марии. Сразу после секса с Парастаевым она попала в больницу.
Что в действительности тогда произошло между девушкой и опером, неизвестно. Но Маше потребовалась не только помощь хирургов, но и психолога.
Она ушла на длительный больничный и собиралась переводиться назад в Апшеронск из этого нелюбимого места. И по рассказам родни, этот вопрос был решен. Но, вернувшись с больничного, Маша решила покончить с собой.
- Парастаева, как и остальных, проверяли на детекторе лжи. Он свидетельствовал, что половой контакт с Машей у них был добровольный. На вопрос эксперта он также ответил, что на секс с девушкой никто в отделе не спорил, - рассказывает "КП" - Кубань" адвокат родни Маши Марат Зиннатуллин.
Никаких противоречий в показаниях Парастаева на детекторе специалист, к слову, не нашел.
"Комсомолка" побывала в те дни в гостинице "Олимп", где ночевали Маша с страстолюбцем-опером. Но владелец постоялого дома лишь подтвердил, что скорую вызывали, но криков о помощи не слышали.
В итоге, проведя десятки экспертиз, следствие пока так и не нашло того, кого можно было бы обвинить в доведении до самоубийства 23-летней следовательницы Марии Клочковой.

Представитель семьи Клочковых даже предположил, что дело рано или поздно прекратят.
Между тем, расследование официально пока продолжается.

- Материалы уголовного дела находятся в производстве отдела по особо важным делам краевого следственного управления. Окончательные выводы пока не сделаны, - сообщили "КП" - Кубань" в пресс-службе СУ СК РФ по Краснодарскому краю.